Облегчение

Сизиф многократно затаскивал один и тот же камень на одну и ту же гору. Упрямый камень постоянно скатывался вниз. Но однажды Сизифа осенило и он придал начавшему скатываться камню дополнительное ускорение. В результате камень в нижней части склона смог набрать первую космическую скорость и покинул планету, выйдя на круговую орбиту.

«С облегчением!» — подумал про себя Сизиф.

О себе и обо всех

Уже несколько дней не стихает, скажем прямо, близкая по накалу к истерике волна обсуждения «речи» школьника (или уже студента) из Нового Уренгоя Николая Колесниченко в Бундестаге Германии. Я далек от мысли его защищать или осуждать — нет у меня достоверной информации. С той частью его слов, которую удалось услышать из ролика на Youtube, я совершенно не согласен. Его слова действительно можно трактовать как «покаяние».

Однако возникает сразу несколько вопросов:

1. От чьего имени он выступал? От себя лично, от какой-то общественной организации, фонда или еще чего?

Получив ответ на этот вопрос, соответствующие службы и люди должны сделать определенные выводы и предпринять те или иные действия. Если он выражал свое личное мнение, наверное, этот факт просто необходимо принимать во внимание при дальнейшем взаимодействии Николая с российским обществом и государством. Способов оказать соответствующее влияние на его судьбу в рамках действующего законодательства и российских традиций существует достаточно много. Если же он выступал от имени какой-то организации, наверное, на эту организацию следует обратить пристальное внимание людям, которые в нашей стране отвечают за такую работу.

2. Что привело парня к такой позиции?

Вопрос не простой, но один из ответов на него касается нас всех. Разве мало у нас в стране таких Николаев? Разве не мы ежедневно общаемся с ними по самым разным поводам? Разве не мы молча проходим мимо молодых (и не очень) людей, высказывающих подобные позиции публично на улице, радио, телевидении, в прессе? Это все мы, наше равнодушие и лицемерие. Государство может и обязано бороться с подобным поведением, но без участия всего общества государство ничего не сможет сделать. Если это государство — не тирания или монархия.

А теперь немножко о корнях подобных воззрений. Они уже достаточно глубоки и ростки их обязаны своей жизнью нам всем. Разве не мы в 80-х и 90-х радостно ломали или хотя бы помогали ломать СССР — кто активно, а кто пассивно? Разве не мы выбирали в 1988 году депутатов в Верховный Совет СССР лишь за то, что они говорили зажигательно о засилии КПСС и партийного аппарата? Ведь практически никто из них не предлагал ничего конструктивного, они лишь звали все сломать, да и сами они в большинстве своем были активными членами той самой КПСС. А мы их выбрали в верховный орган власти своей страны. Последствия ждать себя не заставили.

А разве не мы в 1991 году вышли на улицы против марионеточного ГКЧП, который был лишь инструментом борьбы между Горбачевым и Ельциным?

Мы забыли о всем хорошем, созданном в нашей стране — СССР. Мы огульно объявили «миллионы» людей «невинными» жертвами сталинских репрессий, даже не дав себе труда задуматься над вопросом — а многие ли из них действительно были ни в чем не виновны перед страной и ее народами. Мы организовали многочисленные мемориалы по всей стране в память об этих «невинных» жертвах. Вот совсем недавно в Москве открыли один такой. А в карельских лесах сколько таких мемориалов! Создавались они в большинстве своем «на пустом месте» и никак не подтверждаются какими-либо документами. Просто кто-то захотел заработать на этом «политический капитал». А мы молчали или поддакивали.

И при этом мы упорно не желаем вспоминать о жертвах «дикого капитализма» 90-х. Слишком близко это к нам и еще много живых людей помнит все в деталях — можно ненароком зацепить кого-то сильного. А ведь за это десятилетие население страны уменьшилось куда сильнее, нежели в годы «сталинских репрессий». Во много раз, даже если не принимать во внимание не родившихся по причине этого тотального бардака детей. И это тоже мы.

Получается, что своим лицемерием и равнодушием мы и создали прочную основу для появления среди нас таких вот Коль.

И не нужно сейчас искать причины в неправильной школе, украинских корнях паренька, его принадлежности к секте «последователей Навального». Мы его создали и виноваты в этом все мы. Я тоже в этом виноват.

Час волка

Середина 70-х годов прошлого века. Гастроном «Экспресс» у Финляндского вокзала. Время к 11 (не 23, утро). Очередь в винный отдел, скоро начнут давать. Очередь в кассу в основном из тех, кто сейчас устремится к винному отделу.

Два мужичка в сторонке пересчитывают мелочь и через некоторое время, удовлетворенные результатом расходятся, — один в очередь к отделу, другой к кассе. Через некоторое время мужичок от кассы с просветленным лицом подбегает к своему напарнику и протягивает тому чек. На лицах откровенное нетерпение — трубы горят.

Очередь подходит, мужичок берет бутылку «чернил» и почему-то протягивает ее напарнику. И кто из них дал маху — непонятно, но «фугас» упал на каменный пол. Вдребезги! Нужно было видеть их лица, словами мне не описать. Очередь в оцепенении и ожидании скандала.

Не сказав друг другу ни слова, мужики выходят из магазина. Каждый сам по себе.

 

×

Like us on Facebook