Добрая память

Я попал сюда совершенно случайно, не зная даже до того о существовании села Зачачье. Спасибо добрым людям, установившим на трассе “Холмогоры” указатель на две старинных церкви. Они меня и заманили свернуть с шоссе на проселочную грунтовку.

Через пару километров открылись две изрядно обветшалые церкви, но мне интересная именно старина и я отправился их осматривать и фотографировать. Можно много сказать о запущенных церквях, о запустении сел и т. п., но сейчас речь совсем о другом. Бродя среди довольно высокой и мокрой от мелкого дождика травы на обширном пространстве порушенного старинного погоста, случайно увидел яркое пятно с стороне. Это было в направлении поля, где на старинных погостах обычно устраивали кладбище. Здесь тоже были заметны старые могилы и у стены храма были в ряд выставлены давние надгробия. Но все это не выделялось на общем фоне.

А тут яркие пятна, очень похожие на цветы. Откуда цветы на старом кладбище, где уже давно не хоронят? Махнув рукой на мокрую траву и промокшие ноги, начиная пробираться через заросли к цветам. А там скромное, выкрашенное известью надгробие, на котором уже ничего не разобрать и рядом с ним черный полированный камень с золоченой надписью.

Спехин
Иван
Петрович
30.03.1785 – 14.07.1868
Истинно полезному,
дорогому, уважаемому
вольному учителю
благодарные ученики

Другие впечатления от поездки слегка отодвинули увиденное и лишь вернувшись домой и занявшись обработкой фотографий, вспомнил эту могилку. Поиск в Интернете дал несколько ссылок и среди них обнаружилась любопытная статья с краткой биографией, опубликованная в Архангельских Губернских ведомостях.

Спехин Иван Петрович — распространитель грамоты среди сельского 
населения северной России, крестьянин Архангельской губ., 
Холмогорского уезда, родился 30 марта 1785 г. Десяти лет оставшись 
круглым сиротою, С. случайно познакомился с первоначальными 
элементами грамоты и, продолжая работать дальше самостоятельно, 
выучился хорошо читать и писать; некоторое время был причетником в 
деревенской церкви, на тринадцатом году поступил в мальчики к купцу 
в Верховажском посаде, а через два года переселился в Архангельск, 
где служил лакеем у какого-то советника губернского правления.

Пожив после этой службы некоторое время в родной деревне, С. в 1804 г. 
возвратился в Архангельск, поступил в матросы к судовладельцу 
Ермолину и на одном из его кораблей, груженном пшеницей, 
отправился в Лондон.

Здесь он совершенно случайно был оставлен уехавшей обратно судовой 
командой и очутился в громадном городе без всяких средств и без 
малейшего знания языка. После некоторых мытарств, он попал в руки 
некоего соотечественника, который воспользовался незнанием языка С. 
и его отчаянным положением и за 10 фунт. стерлингов продал его в 
матросы Ост-Индской компании;

С. получил имя "Джон Петерсон" и был отправлен в Индию. Не доехав до 
Индии, он остался на мысе Доброй Надежды и поступил в солдаты к 
англичанам, воевавшим в это время из-за Капской земли с голландцами.

Первые два года прослужив денщиком одного офицера, у которого изучил 
хорошо английский язык и арифметику, С. затем был переведен в 
строевую службу и вместе с батальоном отправлен в Вест-Индию, на 
остров Барбадос, где прослужил шесть лет и принимал участие в 
стычках с туземцами.

За время службы был повышен в капралы, затем в унтер-офицеры, а в 
конце ее был назначен штуром в военный госпиталь.

Несмотря на просьбы начальства продолжать службу, С., соскучившись по 
родине, в 1815 г. вышел в отставку и направился в Россию.

Русский посланник в Брюсселе выдал ему паспорт, но ему удалось только 
в 1817 г. попасть в Петербург, куда он был привезен вместе с ранеными 
во время последних наполеоновских войн. Приехавши в Архангельск, он 
был отдан под суд "за самовольную отлучку" (команда судна, на котором 
он выехал в Лондон, чтобы снять с себя ответственность, показала, что 
С. сам не пожелал возвратиться в Россию).

Суд приговорил его к десяти ударам плетью.

Видя вокруг себя беспросветную крестьянскую темноту, С. с 1825 г. 
энергично принялся за обучение крестьянских детей грамоте.

Плату за свои труды он назначил такую ничтожную, что она никого не 
могла стеснять.

Человек способный, к тому же видавший свет и виды, расширивший во 
время многообразных скитаний свой кругозор, С. принялся за 
педагогическую деятельность так умело и вел преподавание, вопреки 
обычаям времени, так ласково и мягко, что в самом незначительном 
времени не имел от учеников отбоя. Бедных учеников учил и даже 
кормил из своих собственных скудных средств бесплатно, ученикам же, 
далеко живущим, давал ночлег и похлебку — также бесплатно.

За время своей почти пятидесятилетней педагогической деятельности он 
обучил много сотен мальчиков и девочек.

Умер он в 1873 г. в глубокой старости, почти 90 лет от роду. 

"Архангельск. Губернск. Ведом.", 1867 г. № 32; 1873 г., № 52. 
Н. С—ов. {Половцов}

Добрая память!

Запись опубликована в рубрике Поездки. Добавьте в закладки постоянную ссылку.